Здоровье

Рак груди: новое в профилактике, диагностике и лечении в Казахстане

Какие инновационные подходы применяют в современных онкологических клиниках, рассказали на казахстанском съезде онкологов и радиологов в Туркестане

Революционные достижения в диагностике и лечении раковых заболеваний обсуждались на VIII съезде онкологов и радиологов Казахстана, прошедшем в октябре в Туркестане. Организаторам, в числе которых было Министерство здравоохранения, Казахский научно-исследовательский институт онкологии и радиологии (КазНИИОиР), а также Ассоциация онкологов Казахстана, удалось сделать мероприятие допандемийно масштабным. Три дня в пяти залах в гибридном формате читали доклады ученые и практики из ведущих научных и клинических центров Франции, Испании, США, Турции, Кореи, Грузии, России, Украины и стран СНГ.

Новые тенденции в хирургии

– За тридцать лет заболеваемость онкологическими заболеваниями выросла на 20%, – сообщила на пресс-конференции перед открытием съезда академик НАН РК, главный внештатный онколог МЗ РК, председатель правления КазНИИОиР Диляра Кайдарова. – В 2020 году в Казахстане было выявлено более 32 тысяч новых случаев раковых заболеваний. И несмотря на то, что все эти годы смертность снижается – около 16% снижение за 30 лет, но все же пока остается высокой. В 2020 мы потеряли 16 тысяч пациентов — как от онкозаболевания, так и от коронавируса. Огорчает, что у 70% пациентов заболевание выявляется на 3-4 стадии.

Участники VIII съезда онкологов и радиологов

В печальном рейтинге заболеваемости третье место занимает колоректальный рак (9,6%), второе – рак легкого (10,4%), а на первом месте стоит рак молочной железы (РМЖ) (13,2%). В Казахстане ежегодно выявляется порядка 4,5 тыс. новых случаев заболевания этим видом рака. В структуре смертности от злокачественных новообразований РМЖ на третьем месте, он ежегодно уносит жизни около 1200 женщин, поэтому логично, что раку груди было посвящена одна из основных сессий на съезде. А одной из главных тем была онкопластическая хирургия.

– Вопрос стоит не только, чтобы человека прооперировать, но и самое главное – провести реабилитацию и восстановление тех органов, которые удалялись. Мы сейчас большой акцент делаем на проведении реконструктивно-восстановительных операций для улучшения качества жизни онкологических пациентов, – отметила Диляра Кайдарова.

В частности, вопросам онкопластики был посвящен доклад хирурга-маммолога парижского Института имени М.Кюри Николя Пуже. Следом за ним выступал Артур Исмагилов, доктор медицинских наук, профессор медицины из Казани.

– Критерием операции сегодня является не только ее радикальность, но и окончательный эстетический результат, – констатировал Исмагилов. – Появилось понятие онкопластической хирургии – это использование различных методик для замещения дефекта после органосохраняющих операций. Если у хирурга-онколога показатель удачи операции — это первичное заживление раны и отсутствие осложнений, то у маммолога важно достижение формы, объема, консистенции, симметрии молочной железы.

Но дело не только в «красоте». Как отметил профессор Исмагилов, если операцию по поводу РМЖ делает не общий хирург, а хирург-маммолог, то у пациенток пятилетняя выживаемость увеличивается на 5%, 10-летняя — на 8%, а риск смерти снижается, по данным разных источников, на величину от 16 до 33%.

Сегодняшний золотой стандарт лечения РМЖ – это «идеальная онкологическая операция, обязательная реконструкция и симметриализация», дополнил коллегу другой докладчик – профессор кафедры онкологии Тбилисского медицинского университета Ираклий Кохреидзе.

Отрадно, что медики теперь не только спасают жизнь женщинам с РМЖ, но и уделяют много внимания эстетической составляющей операции, заботятся о эмоциональном состоянии пациенток. Однако никто не станет спорить, что фундамент эффективного лечения — правильная диагностика. И в этой области новаций ещё больше. О некоторых было рассказано на международном конгрессе Roche Days, который прошел несколькими днями раньше съезда.

Вся медицина на 72 часа

– Система здравоохранения становится все более сложной. Объем медицинских знаний удваивался каждые 50 лет в 1950-х годах, но сейчас он удваивается каждые 72 часа. Огромный поток информации необходимо собирать, анализировать, интегрировать в системы здравоохранения, а также в клинические решения, – констатировала, выступая на Roche Days, Лионе де Виссер, руководитель отдела Roche по медицинским вопросам онкологического подразделения Европы, Ближнего Востока и Африки. – В диагностике так же ситуация становится все более сложной. Практически каждый день описывается новый генетический вариант, который может повлиять на то, каким образом мы сможем лечить пациентов в будущем. То же касается и опухолей — сейчас классификация состоит из множества подтипов, определяемых на молекулярном уровне.

Проще говоря, если раньше практиковался стандартный единый подход – большинство пациентов получали химиотерапию, исходя из анализа маленького кусочка ткани, – то сейчас медицина вступает в эру таргетной терапии.

– Если мы хотим оказаться на глубинном уровне персонального лечения, когда мы сможем назначить конкретному пациенту конкретную индивидуальную терапию, мы должны использовать комплексное геномное профилирование и отслеживать ответ на терапию, – объяснила г-жа де Виссер.

На всем пути пациента: от скрининга, диагностики типа заболевания, прогнозирования реакции и возможности терапии, принятия клинического решения, через получение терапии, оценку ответа на лечение до выявления и лечения рецидивов — везде сегодня требуются диагностические инструменты. И в каждой точке этого пути врачи могут выбрать для своего пациента решения, разработанные в компании Roche.

– На всех этапах мы видим огромную ценность клинической диагностики. Мы инвестируем огромные ресурсы в инструменты, которые помогают вести пациентов, – подчеркнула Лионе де Виссер. – И в будущем этот цикл, я надеюсь, сможет увеличивать продолжительность жизни наших пациентов.

Что вызывает рак у молодых казашек

Однако вернемся на Съезд онкологов и радиологов. Наглядный пример генетического анализа в онкологии привела заведующая лабораторией молекулярной генетики Института генетики и физиологии Гульнур Жунусова, выступившая на съезде с докладом «Вклад генетических вариантов в патогенез РМЖ в молодой казахской популяции».

– В нашей работе были выявлены патогенные мутации, ассоциированные с риском раннего развития РМЖ, в том числе наиболее часто встречающиеся в популяции молодых казашек. И одна из них — возможно, характерная для женщин казахской национальности и являющаяся фаундерной (основной) мутацией для нашей популяции, – сообщила исследователь.

Иными словами, ученым удалось найти мутированный ген, вызывающий рак груди у молодых казашек. Теперь женщин, у которых есть риск заболеть РМЖ, можно будет тестировать на эту мутацию и предотвращать заболевание или намного эффективнее его лечить.

К слову, в наши дни, если у женщины среди близких родственниц (бабушки, мать, сестры) были случаи онкозаболеваний, можно сделать генетическое тестирование на генные мутации. Об этом рассказала врач Центра опухолей молочной железы КазНИИОиР, «Лучший ученый СНГ – 2020» Назгуль Омарбаева на специальном брифинге «Объясни мне, доктор!».

– В Казахстане есть возможность секвенирования до 100 генов и можно определить большинство мутаций, которые отвечают за развитие РМЖ, – сказала молодая звезда науки. – Зачем тревожиться, если можно проверить и узнать?

Оружие против агрессора

Событием на съезде стал так называемый сателлит компании Roche, отдельная небольшая сессия, посвященная одному из видов рака молочной железы — так называемому трижды негативному (ТНРМЖ). Этот тип рака занимает 17% в общей структуре РМЖ (1134 случая в РК за 2019 год), однако отличается самым неблагоприятным прогнозом, агрессивным течением и быстрым ростом.

– Медиана времени до развития отдаленного рецидива — 2,5 года в сравнении с другими подтипами, где эта медиана – пять лет. Медиана выживаемости от момента установления прогрессирования значительно меньше: 9 месяцев против 22 месяцев, – объяснила кандидат медицинских наук Калдыгуль Смагулова. – Как говорит профессор Нино Чичуа, тройной негативный рак молочной железы — это «лысые» клетки, которые не имеют никаких рецепторов, и этот рак невосприимчив ни к гормональной, ни к таргетной антиHER2-терапии. Основным методом лечения остается до сих пор химиотерапия.

Однако благодаря открытию иммуноонкологического подхода и появлению иммунных онкопрепаратов у больных появился шанс.

– Для трижды негативного типа РМЖ были разработаны препараты-ингибиторы, которые позволяют Т-лимфоцитам снова стать активными, то есть, говоря понятно для пациентов, опосредованно активируют собственный иммунитет, – сообщила докладчица. – И возможно, мы скоро станем свидетелями того, как драматически изменится парадигма течения ТНРМЖ.

Калдыгуль Смагулова отметила, что в исследованиях нового подхода было выявлено, что выживаемость у определенных групп пациенток с тройным негативным раком молочной железы увеличилась по сравнению со стандартным подходом, что для пациенток является «большим выигрышем».

– Вообще, если опухоль агрессивная, необходимо использовать самые лучшие препараты в первой линии, – порекомендовала онколог, – так как мы можем получить больший выигрыш, чем во второй и последующих линиях.

Related Posts

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *